Мы горды видеть в списке и флаг Азербайджана - режиссер нашумевшего фильма Ильгар Сафат

Азербайджан, Баку, 7 октября 2010 /корр. Trend Life Эльдар Гусейнзаде/

Фильм "Участок" стал неким взрывом в азербайджанском кино в последний месяц. Эта интересная мистическая история, помноженная на качественную картинку и звук, вызвала не только оживленную дискуссию, но и была даже выдвинута от Азербайджана на премию "Оскар". Более того, "Участок" в течение недели демонстрировали в кинотеатре "Азербайджан", чего не было давно в истории азербайджанского кино. Для режиссера Ильгара Сафата данная работа - дебют в полнометражном кино. С этого мы и начали интервью с ним для Trend Life.

- Ильгар Сафат - имя, известное лишь в узких кругах, и вдруг такой фильм, который сразу выдвигают на "Оскар". Расскажите немного о себе.

- Вы правы, "Участок" - дебютный полнометражный художественный фильм. До этого были документальные работы и короткометражные фильмы. Я учился на Высших режиссерских курсах в Москве в мастерской Владимира Хотиненко. В 2002-году окончил их, и уехал в Хабаровск на Дальневосточную студию кинохроники, где снимал документальное кино этнографического характера о жителях Дальнего Востока, о шаманизме, который меня всегда интересовал. Года через два я вернулся в Москву, где продолжал делать фильмы на разных студиях. Несколько лет спустя я снял в Баку документальные фильмы "Возвращение в Гобустан", "На злачных пажитях". В соавторстве с Микаилом Микаиловым мы сняли короткометражную картину "Пери Гала", а потом я начал работу над киносценарием к фильму "Участок". Разработка идеи, посетившей меня в 2004 году, по возвращении из Хабаровска в Москву, велась в рамках IFASC (Ассоциации независимых кинопроизводителей стран Южного Кавказа). От каждой республики было тогда отобрано по четыре проекта, все проекты от Азербайджана были представлены киностудией "Нариманфильм". Начиная с 2006 года, мы полтора года разрабатывали проект, а в 2008-ом году представили заявку в министерство культуры и туризма. Сценарий был принят и с интересом рассмотрен министерством, которое его поддержало, и два года назад "Участок" был запущен.

- Любая первая работа очень важна. Это как первый манифест. Что вы хотели им сказать?

- Нет больших и маленьких картин. Есть только задачи, которые ты сам ставишь перед собой в тех или иных рамках, в тех или иных условиях. Неважно, документальный это фильм, или игровой. Любая работа требует предельного напряжения. Поэтому для меня это был очередной фильм, но шаг вперед в плане масштаба поставленных задач. Все то же самое, только уровень сложности более высок, и более высок уровень ответственности.

- Как вас посетила идея снять эту работу?

- Я вращаюсь в рамках тех идей, которые мне близки. Если проанализировать мои предыдущие работы, то можно увидеть, что этих тем я, так или иначе, уже касался. В той же "Пери Гала", во "Внук Горы",  или в картине "Корни неба", где речь шла об удэгейском шаманском ритуале проводов души умершего в царство Буни. Есть круг тем, которые я разрабатываю много лет. Сначала в документальном кино, теперь - в игровом. А до этого в литературе, поэзии, которыми я увлечен до сих пор.

- "Участок" - по жанру мистика?

- "Мистика" - звучит немного вульгарно. Мой фильм - это попытки анализа и освоения ментального пространства, природы памяти, мышления, природы времени. Именно эти категории всегда меня интересовали. Жанр взят нами лишь как оболочка, внутри которой спрятано более глубокое содержание.

- Историю Гариба, которая рассказана в фильме, вы считаете до конца раскрытой, или этого сделать не удалось?

- Конечно, до конца ничего высказать невозможно. Не существует тем, которые были бы до конца открыты или закрыты в искусстве. Искусство касается вопросов вневременных. В этом смысле, словосочетание "современное искусство" звучит абсурдно. 

- А какая тема в фильме главная?

- … Думаю, покаяние. Раскаяние. Гариб силой обстоятельств был загнан в узкие рамки, в свою внутреннюю тюрьму, в то самое подсобное помещение, в котором с ним в детстве произошла драма. Гариб застрял в своем прошлом, и психологически из этого тупика так и не вышел. Он стал модным фотографом, имеет шикарную студию, но для него это та же самая подсобка в магазине Алины. Его отношение к фотомоделям грубое, циничное, потребительское. Мне важно было привести героя от грубого отношения к женщинам к состоянию раскаяния. К катарсису, к очищению. В конце, после всего того, что на него свалилось, он становится мягче. Это уже не тот жесткий мачо, перед которым стелятся все женщины, он сам встает на колени и плачет перед своей возлюбленной. Его сердце становится чище.

- Это покаяние перед женщиной или тем прошлым?

- Два этих понятия связаны в нашем фильме одним узлом.

- "Участок" - его внутренний мир?

- Весь фильм - это путешествие во внутренний мир главного героя, в его ментальное пространство. "Участок" - это зона его сознания, его души. Все персонажи, которых мы встречаем - это разные аспекты его психики. В сновидении, по Юнгу, каждый образ сновидения - аспект психики того, кто этот сон видит. Кстати, раскрою небольшой секрет. Сама идея "Участка" мне тоже пришла во сне, в 2004 году в Москве. Тогда я просто записал увиденный сон в дневнике, и если бы не тренинги, проводимые IFASC, не знаю, когда я серьезно взялся бы за написание данного сценария.     

- Не боялись перед съемками фильма поднимать тему фотографа, который фотографирует в стиле "ню" - обнаженных моделей. За это ведь могли и раскритиковать за несоответствие менталитету.

- Я разговоров о ментальности не понимаю. Как правило, эти разговоры заводят люди, сами очень далекие от тех идеалов, о которых они говорят. Человеческая природа у людей универсальна. Но культурный контекст и наслоения - разные. Неважно, где ты живешь, в Африке или в Лондоне, природный корень у всех одинаков. Сейчас наше время само размывает культурные ограничения. Если посмотрите на людей, то увидите, что процесс взаимопроникновения и взаимовлияния культур неизбежен. Четыре года назад, когда мы только начинали наш проект, в Баку сложно было найти даже людей, фотографирующих свадьбы. А сейчас мода на фотографию стала повальной. В то время азербайджанский фотограф, работающий в "ню" - это была утопия, мы его просто выдумали. А сейчас это уже реальность. Невозможно отгородиться от всего мира Китайской стеной. Нужно лишь отличать нравственность от лицемерия и ханжества.

- Вам не кажется, что после этого фильма многие открыли для себя актера Вагифа Ибрагимоглу.

- Я очень доволен работой Вагифа Ибрагимоглу. Где бы я ни показывал наш фильм, нигде образ Начальника не оставляет людей равнодушными. Мне кажется, Вагиф муаллим создал прекрасный образ. Но его актерские возможности, я уверен, могут быть раскрыты в еще большей степени. Он имеет мощный потенциал и редкую харизму. Замечательно отработали и другие наши актеры Руслан Исмайлов, Мамед Сафа, Сонаханум Микаилова, Алексей Сапрыкин.

- А еще писатель-фантаст Александр Хакимов в фильме засветился.

- Да, это дебют Александра Хакимова в кино и, мне кажется, очень органичный. В нашем фильме было немало непрофессионалов, которые по типовому признаку подходили на ту или иную роль. Большой удачей было найти Тимура Одушева, который как брат-близнец оказался похож на исполнителя главной роли Зазу Бежашвили. Тимур тоже впервые снимался в кино. Там есть кадры, когда главный герой выходит из транса и Начальник показывает ему его детскую фотографию. Профили - очень похожи, как будто это один и тот же человек.

- Заза Бежашвили похож на молодого Аль Пачино.

- Заза - очень яркий артист с большим актерским диапазоном, который будет обязательно востребован как в Грузии, так и за ее пределами. Было большой удачей найти его и снять в роли Гариба. Он действительно похож на молодого Аль Пачино, но его актерская природа абсолютно индивидуальна, присуща только ему, Заза привнес в наш фильм тот нерв, который мне был нужен для этой роли.

- В фильме снялась и актриса из Франции.

- Да, Мелисса Папель. Тоже большая находка для картины. Ее Сабина очень мила, несмотря на то, что ей почти все время приходилось сниматься в гриме. Есть такие актрисы, которые боятся повернуться к камере невыгодным ракурсом, их постоянно беспокоит то, как они будут выглядеть на экране. Мелисса этого не боялась, она думала только о своей роли. Работала, как и все на нашем проекте, очень самоотверженно.  

- Фильм монтировался не в Азербайджане.

- Сперва я монтировал в Баку, потом фильм дорабатывался в Грузии. На "Ленфильме" мы делали звук "Dolby". А в Германии, на "Баварияфильм", цветокоррекцию и печать негатива. Мы старались, чтобы наша работа соответствовала самым высоким техническим стандартам. Все это сейчас видно на экране. Тот же цветоустановщик в Германии сделал нам серьезный комплимент, сказав, что работа со светом очень интересная. По его словам, редактировать такой фильм сложнее, чем блокбастер. Тут полутона, затемнения, игра со светом. Ведь речь идет о внутреннем психическом пространстве героя, которое временами пропадает во тьме, оно очень зыбко, и эти затемнения говорят о потере им контроля  над происходящим. Там, в темноте, черные бездны, куда наш герой проваливается, которых он боится, но которые его влекут.

- Какой видите судьбу фильма?

- В Азербайджане, к сожалению, проката пока нет. Один кинотеатр на всю страну. Но, надеюсь, фильм будет иметь долгую судьбу, ведь сейчас реставрируются старые и строятся новые кинотеатры. Уверен, что через несколько лет зритель вернется в кино, и будет смотреть не только голливудские блокбастеры, но и отечественные фильмы. Мы в этом направлении сделали первый шаг. Нам очень хотелось вернуть зрителей в кинотеатры, и мы это, пусть ненадолго, сделали. Главное, что прецедент уже создан. Для нас также очень важно, что фильм отобран от Азербайджана на соискание премии "Оскар". Во всем мире сейчас приводится список стран-участников, и мы горды видеть среди прочих в этом списке и флаг Азербайджана.